Анатолий Ким у истоков большой нефти Югры

 

Анатолий Ким (1935 – 2016 годы) – легендарный инженер-геолог, стоявший вместе с Фарманом Салмановым у истоков большой нефти Югры. Первооткрыватель крупнейших месторождений нефти и газа в Западной Сибири. Мы публикуем воспоминания его сына, Анатолия Кима – младшего, о судьбе отца и судьбах первопроходцев Югры.

Содержание:

В судьбе человека судьба страны

От Тихого океана к океану нефти

Знакомство с Югрой и Фарманом Салмановым

В поисках первой югорской нефти

Быт первопроходцев

«Обьнефтегазразведка» у истоков нефтегазодобычи Западной Сибири

Дальше на Ямал

Север – это судьба

Тяжелые «девяностые»

Мой отец – геолог

 

В судьбе человека судьба страны

Когда я дал прочитать этот рассказ своим детям, родившимся и выросшим в Югре, матери, прошедшей рядом с отцом через невероятные испытания геологов – первопроходцев, увидел их глаза - еще раз убедился, что слова поэта Николая Заблоцкого в полной мере относятся к жизни и деяниям моего отца. Приведу их:

«О, я не зря на этом свете жил

И сладко мне стремиться из потемок -

Чтоб взяв меня в ладонь, ты, дальний мой потомок,

Доделал то, что я недовершил!»

В судьбе моего отца, Кима Анатолия Индековича, сына репрессированного крестьянина, отразились и не прошли бесследно все катаклизмы, сотрясавшие нашу родину в двадцатом веке: репрессии, голод, войны, нищета, перестройка, смена общественного строя, связанные с этими событиями победы и поражения. Первый в нашем роду горный инженер – геолог, осуществивший свою юношескую мечту быть первооткрывателем и первопроходцем, прожил жизнь не зря: этот рассказ читало третье поколение горных инженеров, четвертое же поколение по возможности старательно пыталось дослушать историю их прадеда. Надеюсь, что научившись читать, они сами захотят узнать про него как можно больше, перейдут от слов к делу и продолжат семейную традицию – станут горными инженерами. 

Все, что рассказано ниже через призму жизни моего отца в период его работы в Югре, на Ямале, в Мурманской области, на Чукотке – вехи грандиозных событий общемирового уровня, позже названными современниками «Открытием века», а людей, совершивших это – «Разбудившими землю»! 

Трудовая биография моего отца – 47 лет, в том числе 43 года полевого стажа. Я могу констатировать с радостью и горечью: она полностью охватила все периоды развития тюменской геологии от ее начала, расцвета и до заката. Начало - это временной период шестидесятых годов прошлого века, расцвет - славные открытия сотен месторождений – семидесятые и восьмидесятые годы, развал и ликвидация не только тюменской геологии – отрасли в целом по России – девяностые годы прошлого столетия. 

Анатолий Ким (слева) у открытого им фонтана нефти

Он и тогда не сдался: полностью сохранил двухтысячный трудовой коллектив, все оборудование и все базы Ноябрьской нефтегазоразведочной экспедиции (г. Ноябрьск) производственного объединения «Обьнефтегазгеология» (г. Сургут) Главного Тюменского территориального геологического управления «Главтюменьгеология» (г. Тюмень), коллективы которой насчитывали в лучшие времена сто тысяч сотрудников! 

Сегодня, в 21 веке, нет Министерства геологии России, нет прежней могучей «Главтюменьгеологии», ушел и отец, но продолжает плодотворно, с уверенностью в своем будущем, трудиться сохраненный коллектив!

Отец отработал в ХМАО – Югре 11 лет, в ЯНАО – 25 лет, на юге Тюменской области – 7 лет, в Мурманске – 4 года. Его биография – пример патриотизма и эффективности работы гражданина и геологоразведчика, а также пример того, что открытия Тюменской области и не состоялись бы, если ее изначально делили бы по округам и югу Тюменской области. Ведь геологи работали там, куда их отправлял искать нефть и газ начальник Главтюменьгеологии Юрий – Рауль Георгиевич Эрвье, «папа Юра» - как его звали соратники – по всем полутора миллионам квадратных километров территории области! Честь и хвала отцу! Низкий сыновний поклон! Честь и хвала всем геологам!

Отец отработал в ХМАО – Югре 11 лет, в ЯНАО – 25 лет, на юге Тюменской области – 7 лет, в Мурманске – 4 года. Его биография – пример патриотизма и эффективности работы гражданина и геологоразведчика, а также пример того, что открытия Тюменской области и не состоялись бы, если ее изначально делили бы по округам и югу Тюменской области. Ведь геологи работали там, куда их отправлял искать нефть и газ начальник Главтюменьгеологии Юрий – Рауль Георгиевич Эрвье, «папа Юра» - как его звали соратники – по всем полутора миллионам квадратных километров территории области!

Честь и хвала отцу! Низкий сыновний поклон! Честь и хвала всем геологам!

От Тихого океана к океану нефти

Третьего ноября 2016 года его не стало. Не стало человека, который научил меня всему и главному – уважать людей. Научил быть честным, прежде всего перед самим собой. Он и сам так прожил всю жизнь – честный и, наверное, где-то наивный человек, всегда верящий в лучшее в людях. Человек, ни разу никого не обманувший и не подставивший. С юности установивший для себя высочайшую нравственную планку требований к самому себе и ни разу, как бы тяжело ни было, не изменивший им – этот человек достоин большой памяти.

Родился он четвертого марта 1935 года в деревне Лифляндия Шкотовского района Приморского края в крестьянской семье Ким Ин Дека, предки которого с 1867 года являлись подданными Российской империи. Поселение располагалось у берега Тихого океана, севернее города Владивосток. Сейчас на этом месте расположен город Большой Камень - одна из баз Тихоокеанского военно-морского флота. Зимой 1937 года по распоряжению Сталина все корейское население в течение месяца было выселено с родных мест, а потом перевезено в пустынные места Казахстана, Узбекистана, Северного Кавказа. НКВД совершило ошибку, не разделив при погрузке в товарные вагоны родственников и соседей по прежним местам проживания. Это спасло множество жизней маленьким детям и пожилым людям. Высадили весь род моего прадеда вместе с семьей деда с двумя детьми (мой отец и его сестра) в Казахстане в Талды - Курганской области на железнодорожной станции Уш-Тобе, отвезли в зимнюю степь на место, обозначенное на тогдашних топографических картах как точка №1, и оставили умирать от голода и холода.

Спасло от гибели несколько сот людей не чудо, а то, что все родственники были вместе. Подчеркиваю это, так как в корейском роду, проживающем вместе, каждый член рода знал свои обязанности, и был приучен всегда помогать своим. Четкая иерархия взаимоотношений, советы старейшин, чьи указания выполнялись неукоснительно, наличие взрослого мужского населения позволили вначале не замерзнуть, построив землянки, обеспечившись кое-каким топливом. Женщины занимались собирательством, мужчины рыбной ловлей в реке Каратал и охотой на степную дичь. К весне были подготовлены грядки для посадки, посеяны овощи из привезенных с собой семян. Особо надо отметить помощь, оказанную местными казахами молочными и мясными продуктами для маленьких детей. Весной приехали проверяющие подсчитать выживших людей, оказалось, что выжили все! 

Это яркий пример как надо действовать людям, поставленным, казалось, в безвыходную и смертельно опасную ситуацию. Я недаром подробно остановился на этом эпизоде в жизни моего отца – он всю свою трудную жизнь поступал только так – отдавая свое последнее тем, кто, как он считал, нуждается в этом более чем он. Так он и прожил – всегда отдавал больше людям, чем брал. 

Потом у сосланных людей была организация колхоза (впоследствии совхоза-миллионера «Дальний Восток»), строительство прадедом и дедом саманного дома под камышовой крышей и в котором дед мой прожил до 1974 года.

Война началась, когда моему отцу исполнилось 6 лет. Деда, годного к нестроевой службе, призвали в трудовую армию на угольные шахты Караганды. Бабушке в это время пришло время рожать, увезли ее в районную больницу. Родилась двойня, но один вскоре умер, бабушка с ними двумя на руках осенью, босиком и пешком добралась до дома, сумела не заболеть. Свои переживания того периода она никому никогда не рассказывала, просто отмалчивалась и уходила в себя. Дед пришел из трудовой армии калекой, его завалило в шахте породой, переломило бедро. Так он и прохромал всю оставшуюся жизнь, не озлобился. Всю жизнь проработал днем в поле, а вечером билетером в совхозном клубе. Ко времени, когда я стал себя помнить, а это было начало шестидесятых, в его семье было уже восемь детей, мой отец был старшим сыном. По патриальхальному обычаю моих предков старший сын старшего сына – будущий глава рода. Ему как свахе - «первая чарка, но и первая палка (дубинка)». Его первая обязанность – быть в ответе за всех своих, вторая обязанность – все уметь делать в большом крестьянском хозяйстве. И этому учат с самого раннего детства. Таким он и вырос – ответственным, честным, все умеющим, всем помогающим. Таким он и прожил, до конца своей земной жизни, наивно веря, что все люди должны делать друг другу только добро.

Моя мама училась с папой в одной школе. Они всегда были вместе с юности, а потом и во всей своей замечательной жизни, сначала во время учебы отца  в Томском политехническом университете на геологоразведочном факультете. Потом в Среднем Приобье в районном поселке Сургут, юртах Ярсомовских, что под Угутом, в деревне Пим, что на Оби, в поселке Усть-Балык (нынешний Нефтеюганск). На полуострове Ямал в поселке Мыс Каменный, на Кольском полуострове в городе Мурманск, в городе Ноябрьск ЯНАО, в Тюмени. Только уход отца разлучил их, прожили они вместе почти шестьдесят лет.

Анатолий Ким с супругой

Отец еще в юности для себя решил, что будет учиться на геолога, его всегда тянуло заглянуть за горизонт, проверить себя в тяжелых походах, да и стипендия у будущего горного инженера была выше, чем у других студентов. Он родился романтиком, прожил трудную мужскую жизнь полную трудов и тяжелейших испытаний, но не изменил себе и своим мечтам. И ушел он от нас тоже как настоящий мужчина – в тяжелейшей борьбе с недугом, но до конца на своих ногах, с ясной памятью и через несколько дней после очередной охоты. Ушел на свою последнюю вечную охоту. Ушел не сломленный, как всегда постаравшись не доставить никому из окружающих хлопот. 

Отец много рассказывал мне про свою студенческую жизнь 1954-1959 годов. Это был счастливейший период его становления как мужчины, воина, исследователя.  Испытания, что ждали его впереди, ярко показали, что отец время в институте не терял зря. Окончивший национальную школу с неполным учительским составом, плохо говоривший по-русски при поступлении в университет, он к концу учебы устранил основные пробелы в школьном образовании. Я много читал производственных документов, подготовленных моим отцом, поэтому ответственно заявляю, что по ясности выражения мысли, четкости изложения, грамотности написания с ним мало кто мог посоревноваться. Он сам себя подготовил к такой жизни: уметь работать и головой и руками.

Вспоминается случай в Усть-Балыке. Надо было как-то зимой 1963 года получить на всю Усть-Балыкскую нефтеразведочную экспедицию зарплату в районном поселке Сургут. Ф.К. Салманов, в то время главный геолог, попросил отца это сделать. Он и сделал это: с вечера собравшись, подготовив ружье, фонарь и лыжи, взяв с собой собаку он утром ушел по компасу тайгой в Сургут, а это 50 километров зимой и в постоянных сумерках. Переночевав уже в Сургуте в Доме колхозника (был такой) и утром первым получив деньги, ночью вернулся по своему следу в Усть-Балык. И это он считал обычным делом.

Знакомство с Югрой и Фарманом Салмановым

Прибыли мы в районный поселок Сургут на самолете АН- 2, вылетев из гидропорта озера Андреевского, расположенного рядом с городом Тюменью. Мы – это мама, папа, я – одиннадцатимесячный пацан. Это событие и последующие за ним другие встречи и события отец сам описал. Я лучше его просто процитирую: 

«Двенадцатого сентября 1959 года по направлению Тюменского территориального геологического управления из города Тюмени на гидросамолете АН-2 я с семьей (женой и 11-ти месячным сыном) прибыли в районный поселок Сургут.  Летели с военными связистами: майором и капитаном. Майор, ничего не спрашивая, помог с переноской вещей и подвез нас в гостиницу. Прошло почти 57 лет, а я до сих пор вспоминаю его с благодарностью. К сожалению, не помню ни фамилии, ни имени. Таких встреч на нашей сибирской земле было много. Сейчас, по прошествии стольких событий понимаю, что все, что сделано нами, могло быть сделано только вот так – взаимовыручкой, коллективом, командой, как сейчас говорят. Это было памяткой на все мое будущее. Через 24 года мой внук, родившийся уже в городе Сургуте 12 сентября, увековечил эту очень памятную для меня дату нашего прибытия на север.

На следующий день я поехал искать Сургутскую комплексную геологоразведочную экспедицию, находившуюся на окраине поселка Черный Мыс. Принял меня лично начальник Фарман Курбанович Салманов. Это была первая наша встреча, тоже оказавшаяся знаковой.  Наши постоянные рабочие контакты продолжались вплоть до 1973 года.

Я учился у него, а он учил меня, молодого специалиста, профессии и организаторскому делу. Обстановка тогда требовала принятия немедленных и решительных действий по всей сфере деятельности. Экспедиция, испытывая постоянный недостаток в обеспечении материально-техническими ресурсами, в финансировании, в специалистах, тем не менее продолжала наращивать объемы геологоразведочных работ.

 Ф.К. Салманов оформил меня для начала лаборантом - коллектором и отправил на опорную скважину №1, что бурилась на окраине поселка Черный Мыс. В апреле 1960 года скважина вскрыла проектный горизонт - кристаллический фундамент на глубине 3068 м, представленный порфиритом. Скважину, как выполнившую свое назначение, ликвидировали. 

Геологию тех времен можно охарактеризовать одной русской поговоркой «и швец и жнец, и на дуде игрец!» Заниматься приходилось всем! 

Прекрасно понимая, что никто кроме нас самих не выполнит задуманное, в порядке взаимопомощи и сотрудничества, Фарман Курбанович в районном поселке Сургуте активно помогал местному совхозу. Зимой работники экспедиции заготавливали веточный корм для крупного рогатого скота, а летом отправлялись на сенокос. Потом, в будущем, когда пришли нефтяники, это стало правилом, а тогда обстановка требовала принятия этого решения –  у геологов были семьи, дети. За это усердие он получил подпольное прозвище Фургон Комбайнович. 

Буровая на Усть-Балыке, 1964 год

В ноябре 1963 года Ф.К. Салманов, работавший тогда главным геологом Усть-Балыкской нефтеразведочной экспедиции, назначил меня начальником геологического отдела. Задачи стояли неотложные - необходимо было в кратчайшие сроки до начала навигации 1964 года подготовить к опытно-промышленной эксплуатации шесть разведочных скважин Усть-Балыкского нефтяного месторождения. Вся добытая нефть должна была собираться в 4-х вертикальных резервуарах объемом по 2 тыс. кубических метров каждый на строящемся силами геологов резервуарном парке. 

Первые две тысячи кубометров нефти, полученной на Усть-Балыкском месторождении, были закачаны 26 мая 1964 года в две нефтяные баржи и пароход «Капитан» под управлением капитана Николая Лунина в сопровождении теплохода «Академик Ферсман» повел ее по рекам: с Юганской Оби в ее главное русло, далее по Иртышу в город Омск.

 Сейчас появляются мемуары, а также журналисты пишут, что первую промышленную нефть с Усть-Балыкского месторождения отправили нефтяники - это неправда. Первую промышленную нефть с Усть-Балыкского месторождения добыл коллектив Усть-Балыкской нефтеразведочной экспедиции, подготовил и перекачал ее с резервуарного парка в танкер для дальнейшей транспортировки на Омский нефтеперерабатывающий завод. 

 Двадцать шестое мая 1964 года было великим праздником для всех нас. Это был осязаемый итог, заслуженная победа и награда за годы непрерывного труда. Практически все жители поселка Нефтеюганск и работники Усть-Балыкской экспедиции были на берегу Юганской Оби у узла задвижек. Геологическая служба экспедиции в составе: Ф.К. Салманов, А.И. Ким, А.М. Брехунцов, М.И. Вовк и др. тоже приняла участие в торжественном митинге. Ф.К. Салманов вместе с Ю.Г. Эрвье, начальником Главтюменьгеологии, А.К. Протазановым, первым секретарем промышленного обкома Тюменской области, открывал задвижку трубопровода для закачки нефти в танкер». 

Это событие было снято Омской киностудией, а чуть позже вышел во всесоюзный прокат киножурнал. 

В поисках первой югорской нефти

А до этого были юрты Ярсомовские, что под поселком Угут на реке Большой Юган. Сейчас этих юрт уже нет, да и название на карте исчезло. Тогда это было поселение местного русского и аборигенного населения, занимавшегося охотой и рыбной ловлей. Здесь и начали бурить поисковую скважину, испытание ее дало приток сеноманской воды. В 1961 году оборудование демонтировали, часть изб разобрали, персонал отправили баржей на новое место – в поселок Пим, что на реке Обь, бурить скважину номер 61 на перспективной Солкинской площади, давшую непромышленный приток нефти. Отец занимался ее испытанием месяц. Потом он вспоминал, что в одну из очередных бессонных ночей к берегу тихо подошел катер, из него вышел Юрий Георгиевич Эрвье, начальник Главтюменьгеологии. Детально расспросив отца о результатах работы, очевидно удовлетворившись ответами, кое - что пометив в своей тетради, он на этом же катере ушел в Усть-Балык. 

Для тюменской геологии началось знаковое время: вопреки мнениям скептиков, говорящих, что нефть в Западной Сибири есть только в головах нескольких не совсем нормальных людей (по их мнению, в это число входил и Ю.Г. Эрвье), открытия уникальных месторождений нефти пошли одни за другими! Здесь я тоже просто процитирую слова моего отца из его воспоминаний:

«Я с добром и благодарностью вспоминаю период работы с Ф.К. Салмановым, вспоминаю коллективы Сургутской и Усть-Балыкской нефтегазоразведочных экспедиций, где я сформировался как профессионал, это были славные годы становления тюменской школы геологов, к которой все мы имеем честь принадлежать. Школы, результаты работы и авторитет которой признаны во всем мире. Мощнейший интернациональный коллектив молодых энтузиастов доказал всем, самим себе в первую очередь, оппонентам, что историю своей страны делают честные и искренние люди, патриоты своей Родины! Это особенно важно сейчас знать подрастающим молодым людям, живущим в новой России.

Геологическую историю Западной Сибири в виде открытых сотен месторождений нефти и газа писали мы, «птенцы гнезда Папы Юры» - Юрия Георгиевича Эрвье, и соратники Фармана Курбановича Салманова. Мы горды, и счастливы этим!»

Трудно что-либо добавить к сказанному. 

Быт первопроходцев

Поселок лесозаготовителей и рыбаков Усть-Балык стал Нефтеюганском. Сначала поселком, а затем и городом. Открытия месторождений следовали одно за другим: Усть-Балыкское, Мамонтовское, Южно-Балыкское, Лянторское и т. д. Теперь мы жили в бараке на шесть семей – это был верх цивилизации после обитания в вагонах ППВТ с железной обшивкой и пустыми стенами, землянками и палаткой военно-технического имущества в которой мы жили с августа по октябрь 1962 года после перебазирования с поселка Пим. Моему младшему брату тогда в октябре исполнилось семь месяцев. Отца я не видел совсем, он все время был на работе. Мама, как все жены геологов, безропотно несла тяжелейшую ношу. Перед глазами стоит картина: обледеневший подъем на яр на «пятачке», по реке Юганская Обь идет «шуга», а вверх от ее берега цепочкой идут женщины с коромыслами ведер с водой. Показать бы это нашим правителям, как давались открытия месторождений. В моих детских воспоминаниях нет ни одного эпизода, что бы я видел, как жены геологов ругались между собой. Более того, двери землянок, балков, бараков не закрывались на замок никогда. Мы, дети, могли прийти в любой дом, нас обязательно накормили бы, согрели, высушили одежду, если промокли. Если были выходные или праздники, то обязательно делался общий стол, за который усаживались все входящие - приходящие. 

Семья Кимов, Усть-Балык 1965 год

Геологические поселки того времени – праздник человеческого общения и взаимовыручки! Таких чистых и честных взаимоотношений между людьми я больше не встречал нигде. Хотя всю свою сознательную жизнь искал их. 

Замки на дверях появились в 1966 году, когда привезли баржу «химиков» - расконвоированных заключенных в качестве рабочих для строительства поселковых объектов. В это же время, по-моему, Омской киностудией был снят фильм про Нефтеюганск с его бараками и деревянными тротуарами. Помню некоторые слова из песни этого фильма: «Приезжай моя любимая, приезжай в Нефтеюганск!»

К сожалению, мне неизвестно какой по объему был снят киноматериал о том периоде открытий, скорее всего, вряд ли его будет достаточно для создания полной картины тех времен. В настоящий момент только телерадиокампания «Югра» в определенные даты, каким-то образом связанных с геологией, добычей очередного миллиарда тонн тюменской нефти и т.д. показывает ролик, где главный геолог Усть-Балыкской нефтеразведочной экспедиции Ф.К. Салманов и начальник геологического отдела А.И. Ким работают с геологическими картами, на фонтане нефти из скважины отец и другие геологи мажутся ею, Ф.К. Салманов, Ю.Г. Эрвье, А.К. Протазанов открывают задвижку для налива первой нефти в первый танкер. 

«Обьнефтегазразведка» у истоков нефтегазодобычи Западной Сибири

В 1967 году отца перевели во вновь образованный трест «Обьнефтегазразведка» с расположением в городе Сургуте, начальником геологического отдела. В функции треста входило руководство и координация действий за непрерывно увеличивающимися геологоразведочными работами нескольких экспедиций во всем Ханты-Мансийском национальном округе. На мою детскую память – их было четыре, четыре экспедиции.

Анатолий Ким (слева в верхнем ряду) в Сургуте, 1968 год

Отца того периода я вспоминаю непрерывно думающим, действующим, едущим, спорящим по бесконечным производственным вопросам. Даже за праздничным столом он и его друзья всегда устраивали, как иронично говорила мама, праздничное производственное совещание. Его бесконечные дела и командировки, казалось, прибавляли ему сил для новых дел. В редкие его свободные минуты, если дело было зимой, мы шли с ним кататься на лыжах, летом – ловить рыбу или купаться. Это были лучшие мои минуты жизни, я бесконечно ему благодарен за это общение равного с равным. Теперь-то я понимаю, что он вот таким образом мягко и ненавязчиво учил меня жизни, давал мне уроки правильного поведения, выработки жизненной позиции. Все, что есть во мне хорошего – это от него. Если бы он не стал геологом, то из него вышел бы великий учитель – его душевного тепла, терпения и человеческой доброты хватило бы на всех. Низкий ему сыновний поклон!

В тот трехлетний период его работы (1967-1970 гг.) в тресте «Обьнефтегазразведка» геологами была разведана и подготовлена к разработке гигантская ресурсная база для организации добычи нефти нефтепромысловыми управлениями «Сургутнефть», «Мегионнефть», «Юганскнефть». Впоследствии, как Вы знаете, с ростом объемов добычи нефти и газа нефтепромысловые управления превратились в нефтегазодобывающие управления, а потом и в производственные объединения. Эта великолепная тройка стала родоначальницей всей нефтегазодобывающей промышленности Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого автономных округов. Но напоминаю, что первую нефть отправили танкерами на переработку из Усть-Балыка геологи!

Как известно, в нашей стране без реорганизаций никак нельзя. Не миновала сия чаша и геологов: в 1970 году трест «Обьнефтегазразведка» ликвидировали. Чтобы в 1977 году создать вновь. 

Отцу при реорганизации предложили переехать на Ямальский полуостров в поселок Мыс Каменный в Ямальскую нефтегазоразведочную экспедицию главным геологом. Конечно, мы поехали на Ямал. Очередная «дыра», как охарактеризовала мама — это место нашей будущей жизни. Сказала, но, как всегда, не жаловалась. Уезжали, я это четко запомнил, из Сургута 11 июня 1970 года. Погода баловала, было выше двадцати градусов тепла. Летели самолетом транзитом через Тюмень, поэтому взяли с собой только теплые вещи, все остальное отправили с оказией по реке Обь в Салехард. Далее наш домашний скарб был доставлен по Обской губе баржей в поселок Мыс Каменный. Получили мы его подмоченный водой и с частично разграбленной кем-то библиотекой.

Дальше на Ямал

Так начался у нашей семьи ямальский период жизни. У меня он закончился в 1974 году после переезда в Тюмень и поступления в Тюменский индустриальный институт, а у отца с матерью с некоторым перерывом – на всю оставшуюся жизнь. Для отца он был самым продолжительным по времени, самым продуктивным по выдающимся открытиям газоконденсатных и нефтегазовых месторождений!

Здесь он реализовал свои смелые мечты, знания по геологии! Присущая ему интуиция поисковика, четкая организация и планирование геологоразведочных работ в нефтегазоразведочных экспедициях, расчетливый авантюризм профессионала своего дела позволили с неослабевающим упорством достигать невероятных результатов работы. 

Конечно, об этом лучше скажет он сам в своих воспоминаниях о работе с Ф.К. Салмановым: «Запомнилась также одна из встреч, произошедшая в 1973 году на полуострове Ямал. Уже было открыто в 1971 году одно из крупнейших в мире Бованенковское нефтегазоконденсатное месторождение, на котором месторасположение первой скважины – первооткрывательницы №51 выбирал я, будучи главным геологом Ямальской нефтегазоразведочной экспедиции. В этот раз прилетели начальник Главтюменьгеологии Ю.Г. Эрвье и главный геолог Ф.К. Салманов на Южно - Тамбейское газоконденсатное месторождение, на котором в то время мы также получили непромышленный приток нефти. Но это был очень важный геологический результат». 

Сейчас на Южно – Тамбейском газоконденсатном месторождении ОАО «Новатэк» построено три очереди завода по сжижению природного газа. На его открытие и торжественный пуск, как известно, прилетал лично Президент России Владимир Владимирович Путин.

Но продолжим воспоминания отца: «Промышленная же нефтеносность газоконденсатных месторождений неоднократно блестяще подтверждалась. Чего стоит только одно Новопортовское нефтегазоконденсатное месторождение с ее новым сортом нефти Novy Port и запасами в 250 млн. тонн нефти, открытое в 1964 году одноименной нефтегазоразведочной экспедицией.

В эту встречу в 1973 году мы также полетели к северному берегу полуострова Ямал, его западной оконечности, где была выявлена геофизиками Харасавэйская структура, перспективная на поиск нефти и газа. Начальник Главтюменьгеологии Ю.Г. Эрвье тогда определил место базирования новой экспедиции, коллектив которой должен был работать впервые в нашей стране по вахтово-экспедиционному методу, а также места разгрузки и складирования оборудования, которое предполагалось доставлять в зимний период по Северному морскому пути из портов Архангельск, Мурманск. Такая экспедиция впоследствии была создана. Карская НГРЭ вписала немало славных дел в летопись стотысячного коллектива тюменских геологов.

В это же время Ф.К.Салманов и я заложили на Харасавэйской структуре первую поисковую скважину, которая впоследствии стала первооткрывательницей Харасавэйского газоконденсатного месторождения».

Вот так буднично и скромно он описал открытие перечисленных уникальных месторождений. В октябре 2012 года состоялся запуск в эксплуатацию Бованенковского газоконденсатного месторождения, открытого седьмого октября 1971 года. Президент России В.В. Путин по видеосвязи дал команду на запуск. Мой отец был приглашен на это праздничное мероприятие вместе с вдовой В. Бованенко, принял личное поздравление и слова благодарности за открытие этого гиганта – месторождения от главы Газпрома А.Б. Миллера. 

Седьмого октября, но уже 2016 года, через сорок пять лет со дня открытия Бованенковского месторождения у моего отца появился правнук, так же как до этого и его внук, отметивший своим рождением еще одну памятную для нашего рода дату. Жили мы в поселке Мыс Каменный с 1970 по 1974 годы. Для меня это были лучшие годы – с шестого по десятый класс. 

Поселок представлял собой прямоугольник, внешними линиями которого были двухэтажные жилые дома, здание конторы Ямальской нефтегазоразведочной экспедиции, магазин, строящийся спортзал, одноэтажная школа, два ряда жилых балков, Промышленные здания, котельная, дизель-электростанция, баня, стоянка спецтехники были вынесены за пределы прямоугольника. Все здания были на сваях, т. к. внизу была вечная мерзлота, теплотрассы от котельной были проложены в деревянных коробах. Утеплителем в них был сухой мох и водоросли, что в огромных количествах выбрасывали на берег Обской губы волны. По настилу этих коробов и пролегали пешеходные дорожки. Вдоль них натягивали веревочные леера зимой, чтобы люди держались за них в пургу, их круглосуточно освещали, они же были естественными ограничителями границ поселка. Из продуктов питания, привычных жителям средней полосы у нас было все, но в сушенном виде: сухая картошка, лук, морковь, сухофрукты. Завозили мясные, овощные, фруктовые консервы. В свежем виде была добываемая пернатая дичь, рыба, оленина из оленеводческого совхоза районного поселка Яр-Сале. На Новый год самолетом обычно из поселка Березово привозили несколько елей для клуба, школы, детского сада, больницы. По несколько веток доставалось всем желающим, как говорится «для запаха». 

Геологические поселки везде одинаковы, так как люди, спаянные многолетним совместным трудом и проживанием фактически в одной большой общине, становятся как по поведению, так и по привычкам в быту похожими. При этом геологические коллективы формировались из выходцев со всех республик и краев тогдашнего Советского Союза. Каждый приезжающий в поселок привозил частицу культуры своей малой родины, эта культура вместе с его носителем благополучно вливалась, не боюсь сказать, в созвездие культур. В результате получалась новая национальная культура – северная геологическая. И мы, дети геологических поселков, являясь ее носителями, ответственно заявляем, что, если бы в СССР и нынешней России в каждом населенном пункте было бы такое же слияние культур, такая же честность и искренность во взаимоотношениях – Россия была бы сильнее! 

Север – это судьба

В октябре 1974 года отца переводят в аппарат Главтюменьгеологии. В тогдашнем Советском Союзе, какой бы заслуженный человек ни был, ему невозможно было получить квартиру в населенном пункте, в котором он не проживал. Поэтому геологов, прошедших через невероятные трудности работы в условиях севера и имеющих детей, которым вскоре надо было учиться в техникумах и институтах, находящихся в то время, в основном, в областном центре, Юрий Георгиевич Эрвье, начальник Главтюменьгеологии, переводил в аппарат Главка. Через определенное время выделял благоустроенное жилье, а потом отправлял снова на север. Так было и у нас, через три года отец с мамой снова стали работать на Крайнем Севере в Карской нефтегазоразведочной экспедиции. Тот период работы отца можно охарактеризовать как период доразведки и уточнения запасов нефтегазоконденсатных месторождений, которые он ранее открывал, работая главным геологом Ямальской нефтегазоразведочной экспедиции таких как: Бованенковское, Харасавейское, Малыгинское, Крузенштернское и другие.

Анатолий Ким с супругой на буровой платформе в Мурманске

В 1980 году в городе Мурманске организовали трест «Арктикморнефтегазразведка» с целью поиска нефти и газа на шельфе Баренцева и Карского морей, включая самую северо-западную часть шельфа около границы с Норвегией. Отца пригласили туда главным геологом структурного подразделения треста. Разумеется, он согласился. Первопроходец по духу, неутомимый труженик, геолог по призванию, он не мог остаться равнодушным к этому новому для геологии СССР делу – поиску нефти и газа на шельфе! Тем более что у норвежцев дела шли хорошо, почему же мы отстаем? Я уже после окончания института отработал год, в первый же свой отпуск приехал к нему. Как всегда у него с мамой новое дело началось с общежития (в 45 лет!)! Но это нисколько их не тяготило, дело только начиналось, работы было невпроворот, а это было то, что отец больше всего любил – делать больше дела, делать его так, чтобы оно стронулось с места, и набрало нужные обороты! К открытию в 1983 году Штокмановского газоконденсатного месторождения, принадлежащего сейчас Газпрому, отец имеет самое непосредственное отношение.

В 1984 году у него с мамой снова начался ямальский период работы – отца пригласили работать в Ноябрьскую нефтегазоразведочную экспедицию производственного объединения «Обьнефтегазгеология». Больше семнадцати лет до выхода на пенсию он отдавал этому региону свои опыт и знания, как всегда вложив в работу всю душу. И как всегда новый период у него с мамой начался с общежития. На сей раз с должности начальника геологического отдела экспедиции, потом главного геолога, начальника экспедиции, главного геолога геологоразведочного предприятия уже ПО «Ноябрьскнефтегаз», советника генерального директора, заместителя генерального директора ОАО «Сибнефть – Ноябрьскнефтегаз». В 2002 году мой отец вышел на пенсию, и уехал с севера. 

За период его работы главным геологом геологоразведочного предприятия, как бы оно ни называлось в разные времена, разведаны, подготовлены, переданы в эксплуатацию нефтяникам такие крупные и крупнейшие нефтегазовые месторождения: Сугмутское, Спорышевское, Средне-Итурское, Западно-Ноябрьское, Западно-Суторминское, Барсуковское, Пограничное, Ново-Пурпейское, Верхне-Надымское и др. Площадь территории, на которой производился поиск месторождений нефти и газа, составлял более 70 тысяч квадратных километров.

Тяжелые «девяностые»

В связи с развалом СССР в 1992 году жизнь ставит перед отцом снова отчаянный выбор: что делать, как сохранить двухтысячный коллектив геологоразведчиков экспедиции от неминуемой ликвидации, а оборудования и базы – от разграбления. 

Как всегда отец пошел наперекор всем обстоятельствам, а коллектив экспедиции, веря в его порядочность, пошел за ним. В 1992 году Ноябрьская экспедиция была выведена из состава ПГО «Обьнефтегазгеология» и вошла в состав ПО «Ноябрьскнефтегаз», полностью сохранив коллектив, базы и оборудование. Отец ушел на заслуженный отдых, как капитан с идущего полным ходом вперед геологического корабля только убедившись в полной его исправности и с полноценным коллективом. 

Решающую роль в спасении геологоразведочного предприятия от ждущей его незавидной доли сыграл триумвират из начальника Ноябрьской нефтегазоразведочной экспедиции А.И. Кима, генерального директора ПО «Ноябрьскнефтегаз» В.А. Городилова, главного геолога ПО «Ноябрьскнефтегаз» Р.Н. Мухаметзянова. Честь им и хвала! Только за одно это деяние я буду гордиться отцом своим уже до своего конца, а детям, в свою очередь, завещаю передать их детям. Это должно остаться в памяти навечно. 

Мой отец – геолог

Я в своих воспоминаниях не стал писать про государственные и ведомственные награды отца. Я писал про смысл и страсть его жизни – про геологию, геологию, которой он отдал все свои силы, знания, талант, азарт мужчины и воина, профессионала высочайшей пробы! Природу нельзя обмануть или победить, отец и не боролся с ней – она сама ему подсказывала, где ее богатства, будто зная, что все, что делал мой отец - он делал это во благо людей!

Анатолий Ким на вручении государственной награды в 2013 году

Больше я не могу писать, мне это трудно и горько делать – писать об отце в прошедшем времени, хотя сказано так мало про этого удивительного человека. Человека, осуществившего свою юношескую мечту стать геологом не благодаря чему, а вопреки всему. Удивительная его память, аналитический ум, умение собрать из, казалось бы, несобираемых осколков информации цельную геологическую картину позволяли предугадывать и прогнозировать открытия. Открытия века! Они все на геологических картах Западной Сибири, Баренцевом, Карском, Чукотском морях. Мой отец – единственный из всех тюменских геологов, который работал на всех северных полуостровах России: Кольском, Ямальском и Чукотском. На Чукотском полуострове он лично курировал как заместитель генерального директора ОАО «Сибнефть - Ноябрьскнефтегаз» бурение первой разведочной скважины на газ. Сегодня с этого месторождения, где она была пробурена, добываемый эксплуатационными скважинами газ греет дома и предприятия города Анадырь, вырабатывает электроэнергию. 

Чрезвычайно скромный человек, великий труженик, геолог от бога, при этом государственный человек по мыслям и деяниям, он зажигал земные яркие звезды – факела, чтобы людям было теплее и светлее жить. Душа отца ушла на небеса, а я искренне верю – раз он зажег столько факелов в своей земной жизни, то один факел – звезда, там, наверху - его и она хоть немного согреет небо и мое сердце.

Если бы в мире было бы побольше таких людей, как мой отец – мир бы был иным, он бы был добрее!

                                                                                       Анатолий Ким - младший

 

Послужной и наградной список геолога Кима Анатолия Индековича:

Заслуженный геолог РФ (1996), Заслуженный работник нефтяной и газовой промышленности РФ (1994), Почетный гражданин ЯНАО (2001), Награжден дипломом и нагрудным знаком «Первооткрыватель месторождения» (1987, Бованенковское нефтегазоконденсатное). Награжден орденами «Знак Почета» (1971), «Дружбы народов» (1989). Медалями имени академика А.Е. Ферсмана «За заслуги в геологии» (2000),  «300 лет горно – геологической службе России» (2001) другими юбилейными и памятными наградами, грамотами, письмами. 

При его непосредственном участии были открыты, подготовлены к промышленной разработке крупнейшие нефтяные, нефтегазовые, нефтегазоконденсатные, газоконденсатные месторождения Западной Сибири: Барсуковское, Бованенковское, Верхне-Надымское, западно-Ноябрьское, Западно-Суторминское, Лянторское, Малопякутинское, Малоямальское, Мамонтовское, Нейтинское, Новое (Южно-Пякутинское), Ново-Пурпейское, Пайсятское, Пограничное, Пякутинское, Романовское, Северо-Карамовское, Северо-Янгтинское, Спорышевское, Средне-Итурское, Средне-Ямальское, Сугмутское, Усть-Балыкское, Харасавейское, Южно-Балыкское, Южно-Крузенштернское, Южно-Памялихинское, Южно-Тамбейское и другие месторождения.


1959-1960 гг. – коллектор Сургутского участка Сургутской НРЭ, р.п. Сургут

1960 г-              техник-геолог Юганского участка Сургутской НРЭ   Тюмен-

                          ского территориального геологического управления (ТТГУ), 

                          р.п. Сургут

1960-1963 гг. - инженер-геолог, старший инженер-геолог Усть-Балыкской 

                          партии глубокого бурения Сургутской НРЭ, Усть-Балыкской

                          НРЭ ТТГУ

1963-1967 гг. - начальник геологического отдела Усть-Балыкской НРЭ ТТГУ

1967-1970 гг. - начальник геологического отдела треста  

                          «Обьнефтегазразведка» Главтюменьгеологии, г. Сургут

1970-1974 гг. - главный геолог Ямальской НГРЭ Главтюменьгеологии,

                          п. Мыс Каменный, полуостров Ямал

1974-1975 гг. - старший геолог партии подсчета запасов Главтюмень – 

                          геологии, г. Тюмень

1975-1977 гг. - старший геолог геологического отдела Главтюменьгеологии,

                          г. Тюмень

1977-1980 гг. – начальник геологического отдела Карской НГРЭ  Главтю – 

                           меньгеологии, вахтовый поселок Харасавей, полуостров

                           Ямал 

1980-1981 гг. – главный геолог партии морской нефтяной геологии и  

                           оперативного анализа комплексной тематической экспе – 

                           диции треста «Арктикморнефтегазразведка», г. Мурманск

1981-1984 гг. – главный геолог комплексной тематической экспедиции треста

                           «Арктикморнефтегазразведка», г. Мурманск

1984-1986 гг. – начальник геологического отдела, главный геолог 

                           Ноябрьской НГРЭ ПГО «Обьнефтегазгеология»

                           Главтюменьгеологии, г. Ноябрьск, ЯНАО

1986-1991 гг. – начальник Ноябрьской НГРЭ ПГО «Обьнефтегазгеология»

                           Главтюменьгеологии, г. Ноябрьск, ЯНАО

1991-2000 гг. – главный геолог Ноябрьского ГНРП ОАО «Ноябрьскнефтегаз»

                           ОАО «Сибнефть-Ноябрьскнефтегаз», г. Ноябрьск, ЯНАО

2001-2002 гг. – советник генерального директора по геологии, заместитель

                           генерального директора ОАО «Сибнефть-Ноябрьскнефтегаз»,

                           г. Ноябрьск, ЯНАО

2002-2003 гг. – помощник генерального директора, заведующий сектором 

                           ОАО «Сибирский аналитический центр», г. Тюмень

2005-2006 гг. – начальник отдела оперативного анализа ОАО «Сибирский

                           аналитический центр», г. Тюмень


 

География: