Имена многовековой Югры. Юрий Вэлла. О литературе и поэзии

2.05.2017

Никакие стандарты, «линейки» применить к поэзии Юрия Вэллы невозможно. Человека, современника, он убеждает в том, что в ХХI веке можно жить своим особым миром. Именно в этой жизни кроется что-то невыразимое, что придаёт всему особую форму звучания. А особенность его тона зарождалась в детстве...

«У нас, лесных ненцев, многие вести, сказки, плачи, песни пелись, то есть исполнялись, под народную мелодию или в форме интонационных стихов-наговоров (например, разговор с богами). Разговорным же языком пользуются в повседневной жизни, он беден, не имеет ни цвета, ни вкуса, ни запаха, от него ни жарко, ни холодно. Разговорным языком невозможно рассказать сказку, спеть песню...

Потеряв лучших сказителей, наш народ замолчал. Одни испугались, другие не умели исполнять, а умели только слушать, третьи — молодежь, которую вбирает в себя новый жизненный поток (...). Хотя так и должно быть, и в этом нет ничего особенного. И вот умолкли Медвежьи Игрища, песни, молитвы, сказки, не слышен или стал редко звучать художественный язык.

Но сказки мы всё равно слушаем. Моя бабушка изобрела для этого новый способ. Она сначала пела часть сказки традиционно, а чтобы мы поняли, о чём идет речь, пересказывала содержание на разговорном языке. Потом снова пела и опять переводила на обыденный язык, как для инородца. Такой пересказ она называла «пешей речью».

Я застал сказки и песни бабушки только в такой форме, и поэтому, наверное, творчество моё — это смесь прозы со стихами. Трезвые прозаические куски как бы дополняют, разъясняют более эмоциональные поэтические строки. Поэтому, наверное, творческий язык мой — это ненецко-хантыйско-русский язык в ненецко-хантыйско-русской форме».

(Юрий Вэлла, «Белые крики», Сургут, 1996)

 В его поэзии и прозе много позитивной энергии, много наступательного порыва. Читая, понимаешь, о чём болит душа поэта и как серьёзно разрушен современный человек, как далеко ушёл он от себя самого.

А профессиональное вхождение в литературу началось в 80-м году с неожиданной телеграммы от Сергея Михалкова: «Срочно выезжай в Ялту на семинар молодых литераторов». На тот момент были кое-какие армейские тетради со стихами. К сожалению, они не сохранились – погибли в пожаре со старым домом. Но, видно, было там что-то такое наверняка, что позволило заявиться на семинаре молодых литераторов и дальше поступить на заочное отделение Литературного института имени Горького. Когда пришло приглашение от Сергея Михалкова на семинар, Юрий уже был охотником.

«Ночью на мотоцикле «Восход» по зимнику, который шёл на геологические буровые, сгонял на стойбище за рукописями (туда-обратно 240 км). Приехал в деревню, там сельский совет дал мне машину в аэропорт, и я улетел».

На третьем курсе уже была готова дипломная работа – рукопись первой книги «Вести из стойбища». Эта небольшая книжка определила дальнейшее направление литературного творчества Юрия Кылевича: «боли» таёжных жителей, нанесенные приходом на их земли промышленниками, сохранение природной среды и, конечно, предания, бывальщины, сказки, облеченные в прозу и поэзию. Порыв – бросить институт, остановили в деканате, предложили разрядиться, съездить куда-нибудь. Так оказался в Нарьян-Маре и Воркуте, получил представление об европейском Севере. Встречался с ненцами, с коми. В Сыктывкаре в университете увидел встречный интерес – к археологическим памятникам по реке Аган: «Ведь наши там у вас прошли. Возможно, мы сможем найти следы своих родственников».

С тех времен помимо литературы молодой поэт стал интересоваться вопросами истории, культуры.

Постепенно Вэлла начал писать и прозу. Это обычно небольшие вещи полуфольклорного жанра, бытовые истории, полные человеческого тепла и драматизма. Автор переполнен живыми рассказами, возникшими из гущи своего народа. И как щедрая личность, носит в себе все эпохи нашей и своей истории. Это сюжеты грустные и смешные – как бывает сама жизнь. О том, как шаман Аули состязался по телевизору с Кашпировским, как самый главный Сталин-Царь отправился искать Золотую Бабу хантов, как впервые пришёл на реку катер, как два старика, путешествуя по реке, так увлеклись рассказыванием историй, что семь раз проплыли по кругу, о оттого это место именуется Волоком Семиглавого Поворота… Богатство народной памяти обступает поэта со всех сторон. Так, например, на юбилее мать Юрия со сцены спела песню в честь сына. Это была припомненная ею «Песня наших предков» с потрясающим сюжетом.

Герой песни, оленевод-ненец, просидел семь лет в тобольской тюрьме. Когда наконец он вернулся домой, на родовое стойбище, то увидел, что под нартами трава проросла, а в чуме выросло целое священное дерево. А вот олени на стойбище по-прежнему пасутся! И тут из-под нарты выходит медведь. Охотник уже собрался стрелять, а тот говорит ему: «Пока ты семь лет сидел в тюрьме, я пас твоих оленей».

1. Слово критика

«Свободное дыхание речи автора и его эпический взгляд на мир доставят высокое эстетическое удовольствие читателю, понимающему тонкость и сложность художественного слова. Книга лесного ненца Ю. К. Вэллы выражает народное самосознание, опирающееся на веру в природную основу жизни, на право человека жить в родстве со своей землёй, на благодарную память о предках и заботу о детях в современном мире опасностей и угроз. Ориентация на культуру устной речи, гармоничное ощущение окружающего пространства и времени при естественном чувстве традиции отличают книгу «Триптихи» известного писателя, лауреата всероссийской премии им. Д.Н. Мамина-Сибиряка, и свидетельствуют о возможности цельного и перспективного миропонимания в пределах сегодняшнего российского космоса».

Ольга Лагунова – доктор филологических наук.
11 января 2010 г.
г. Тюмень

2. Слово писателя

«Голос Юрия Вэллы не спутаешь ни с чьим: его свободный стих и образная система создают мир, увиденный глазами ребёнка и мудреца одновременно. Его мир живописен, не даром своим стихам он придаёт форму триптихов. И эта живопись напоминает работы Пиросмани, а из современных художников – Геннадия Райшева даже в большей степени, поскольку Югорская земля – земля их праотцов».

Ирина Рябий, «Полёт над поющим озером».
«О времени, о литературе, о себе», (литературно-критический сборник)

3. От первого лица

«…но после дождя раздвинутся серые тучи, выглянет солнце, с окраины стойбища поднимутся комары и мошки, и с болота, по краю озера на бор, к дымокуру потянутся олени; и в этот момент начинаю понимать, что я - юный чумазый мальчик в оленеводческой семье, а многие истории, попавшие в эту книгу, вовсе случились не со мной, а слышал их вечерами возле огня на стойбище в чуме или в деревенской избушке от своей бабушки Ненги».

Персоны: 
Юрий Вэлла

Комментарии