Многовековая Югра: великие открытия нас ждут впереди

27.04.2017

Портал «Открытый регион – Югра» обратился с вопросами об историческом наследии Югры и планах по реализации просветительской программы к одному из членов рабочей группы проекта «Многовековая Югра » Михаилу Ершову.

В 2018 году Ханты-Мансийский автономный округ- Югра отметит 825-летие с момента присоединения югорских княжеств к древнерусскому государству. Одной из значимых вех в преддверии этой даты станет реализация просветительской программы «Многовековая Югра». Мероприятия программы объединят ученых, общественных деятелей, всех неравнодушных граждан региона и войдут в общую концепцию «Стратегии 2030».

Портал «Открытый регион – Югра» обратился с вопросами об историческом наследии Югры и планах по реализации просветительской программы к одному из членов рабочей группы проекта «Многовековая Югра » Михаилу Ершову.

СПРАВКА:
ЕРШОВ МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ - кандидат исторических наук, доцент, заведующий научно-исследовательским отделом истории, археологии и этнологии Обско-угорского института прикладных исследований и разработок.
Автор свыше 200 научных, научно-методических и научно-популярных работ. Сфера научных интересов: межэтнические контакты, историческая урбанистика, история российской провинции, в том числе – история городов Зауралья, история менталитета, историческая имагология, источниковедение и контрфактическое моделирование.

- Михаил Федорович, «Многовековая Югра» - это, безусловно, мегамасштабный проект, но в чём его главная суть?

- Прежде всего, это один из способов укрепления оригинальной идентичности югорчан через реализацию общественно значимых проектов.

- Это дань моде или жизненная необходимость?

- Российская Федерация – обширное, многоконфессиональное, многоэтничное государство и долгое время осознание нашего прошлого осуществлялось через жизнь столиц – «Москва сказала, Петербург решил». В условиях модернизации страны этого оказывается недостаточно, и после того как распался Советский Союз и началось структурирование новой российской государственности, обретение регионами самостоятельности, это вышло на первый план. Обратите внимание, как в России за последние 20 лет похорошели города. И чем лучше мы живем, тем больше у нас возникает потребность осознания, кто мы есть на этой земле, какова наша миссия, какое было наше прошлое.

- Какие сложности возникают при сборе исторических данных в «нестолице»?

- В том числе сложно и потому, что значительная часть информации оседала в столице. Жизнь в провинции была неразвита. Вообще само слово «провинция» несло в себе отрицательные каннотации. Провинция – это что-то пренебрежительное. Но вот с 90-х годов появляется немалое количество журналов, других информационных источников, где появляется слово «провинция». Но, мы до сих пор очень плохо осознаем свое прошлое на региональном уровне. Хотя бы, потому, что не все оседает в бюрократической отчетности, не все уходит в столицу. Кроме того, есть устная история, она сейчас на подъеме. Данные археологии позволяют все более основательно и более глубоко узнавать прошлое.

- Какая-то своя специфика есть в Югре, как регионе со сложным географическим положением, отдаленностью от «большой земли»?

- Первая трудность это, действительно, отдаленность. Я могу сказать, что картографирование территории округа по-настоящему началось только в 20 веке. Второе то, что у коренных народов не было своей письменности. Она возникла только в советское время, то есть, значительная часть истории оказывается неохваченной письменными источниками. Каков выход из этой ситуации? Данные археологии, этнографии какие-то иные приемы, в том числе данные фольклора, лингвистики и так далее. Нужно учесть и то, что в значительной мере быстрый рост населения округа был связан со спецссылкой и спецпоселением. Люди об этом не привыкли говорить. Значительная часть архивных дел по этическим соображениям еще не открыта. Мы плохо знаем наше прошлое даже в 20 веке.

- В обществе, да и между вашими коллегами-историками идут нешуточные споры по поводу отправной точки, то есть, самой юбилейной даты. Откуда «есть пошла земля югорская»?

- Есть понятие «Югра», есть понятие «территории Югры» и есть понятие «зарождение государственности в Югре». Если мы говорим Югра, то упоминается, допустим, в арабских источниках народ Юра. Есть упоминания у арабов, у волжских булгар, у других народов. Это один аспект. Второй – это территория. Она, конечно, менялась. Долгое время новгородцы контактировали мирными или военными способами с югричами. Но, скорее всего, это югричи, которые жили к западу от Урала. И, наконец, понятие культуры. Югра – это наше прошлое. Зоя Петровна Соколова (известный российский этнограф, - прим. автора) она еще в советское время системно писала о Югории, о Югре. Со временем этот древний символ стал востребован, он стал определенным брендом, самим названием территории.

- Дата 825 лет, каково ее происхождение?

- Эта дата немного условная, Югра существовала и до этой поры. Но, в «Повести временных лет» в одной из редакций зафиксировано, что новгородскому войску, пришедшему на эти земли, было оказано сопротивление, войско было разгромлено и здесь впервые упоминаются югорские князья, как руководители протогосударственных структур. Мы можем говорить, что здесь зародилась государственность. Русские пришли не на пустое место. Здесь были разные народы, здесь была богатейшая фольклорная традиция и здесь была определенная организация общества. От этого мы и исходим. Прослеживается прямая связь, когда-то была протогосударственность в Югре, а сейчас наш регион полноправный субъект РФ. Это красиво, это звучит, это можно обыграть.

- Пора ставить точку в вопросе об исконных обитателях Югры?

- Вообще, этническая история мало изучена. В новгородских летописях упоминается, допустим, Печора, этого народа нет. Среди исследователей ведутся споры, кто такие югричи, кто такой народ Югра. Кроме того, есть разные этнические группы ханты и манси. На Западном Урале были коми, пермяки, зыряне. Этническая пестрота была достаточно существенная, но нет никаких сомнений, что на этой территории ханты и манси уже жили.

- Об исторической многонациональности Югры, значит, можно еще более уверенно говорить?

- Здесь происходили очень интересные процессы. С одной стороны суровая природа Севера не позволяла быстро расти населению. Если взять тех, кто занимался традиционным природопользованием, территория округа, по подсчетам ученых, могла прокормить 40 тысяч жителей. Избыточное население поэтому уходило на юг. Отсюда наши языковые соседи – венгры, финны, народы Поволжья. С другой стороны – степь это была арена ожесточенных военных столкновений. В ряде случаев, спасаясь от очередной волны кочевников, например от войск Чингиз-хана, непокорные уходили на север. Это была некая база, которую кочевники не могли взять. Смешивались населения. Уходили тюрки, уходили манси. Известно, что ненцы за несколько столетий жили намного южнее. Эти миграции, и мирные и военные, они определяют специфику нашей территории. Это не земледельческая территория.

- Проект «Многовековая Югра» - эта идея давно, что называется, витала в воздухе. Пришло время для ее реализации?

- Да, возникла необходимость по многим параметрам. Хотя бы, потому, что за последнее время Югра очень сильно изменилась. На скале нефтедобычи начинает очень бурно расти культура. Мы начинаем благоустраивать свой край. Не только добывать нефть. Работает та пословица, которую осознал народ – «приехали ненадолго, остались навсегда». А если мы остались навсегда, то мы должны как-то воспринимать себя, что мы здесь живем, здесь наш дом, здесь тоже Россия. Такое бывало и раньше. Долгое время Сибирь не воспринималась как Россия. На старых картах Ремезова, конца 17 века есть Московское царство, а за Уралом - Сибирь. Как некая завоеванная территория, куда временно пришли «соболей брать». Постепенно здесь налаживается жизнь, здесь строятся церкви, здесь рождаются дети, для которых это уже их Родина. И мы не можем от этого отказаться. Точно также произошло с эпохой большой нефти. Аналогии здесь прямые.

- Этот проект нужен не только югорчанам, но и для того, чтобы о нас узнали другие?

- Этот проект нужен и нам, он нужен России. Не должно быть у России каких то особых противоречий между регионами, между народностями. Этот проект, в конце концов, нужен миру. Потому что будущее - за освоением Арктики, это глобальная проблема. Будет ли в Арктике потепление, будут ли добыты иные полезные ископаемые, будет ли добываться сланцевый газ. Это проект для нас сегодняшних, для наших детей, для нашего будущего. Как глобального, российского так и регионального.

- Кроме духовного, каково практическое значение проекта?

- Доказано как человек себя комфортно чувствует так он и работает. На производительность труда непосредственно воздействуют психические процессы в обществе, - это первое. Второе то, что бурными темпами развивается внутренний туризм. Допустим, раскрутка города Мышкина на Золотом Кольце, а это маленький населенный пункт с 12 тысячами жителей, повысила на 60 процентов туристическую привлекательность всего региона. А у нас тоже есть что показать, есть чем гордиться, но для того, чтобы что-то показывать, надо это самим осознать. Эти процессы взаимосвязаны между собой.

- Какие сегодня основные бренды Югры? Что мы можем показать миру?

- Нам надо выстраивать иерархию брендов. Первоначально - традиционная культура, - чум стоит, рядом с чумом нефтяная вышка. На сегодня эти бренды работают, но их уже недостаточно. Что дальше? Какие явления культуры мы можем пропагандировать? Культура, театральное искусство, популяризация творчества наших поэтов, переводы текстов о богатырях. Хороших поэтических переводов пока нет, есть подстрочный перевод. Нет ничего близкого к снискавшим мировую известность «Калевале»(карело-финский поэтический эпос, - прим. автора) или «Песни о Гайавате» Лонгфелло. Чувствую, что на эту продукцию есть запрос. Когда складывается единое мировосприятие, тогда начинается структурирование брендинга, - какой бренд главный, какой второстепенный. Они не должны конкурировать между собой, должны работать в единой структуре, в единой команде брендов, чтобы мы представляли единый образ миру.

- Возможно ли подойти к такой точке, после которой Югру начнут воспринимали не как нефтегазоносный, но еще и культурный центр? Что для этого нужно сделать?

- Для этого, я как историк говорю, нужен постоянный процесс профессионального самосознания своего прошлого. Либо мы его осознаем, либо мы генерируем некие недостоверные мифы, которые разоблачаются и которые, в конечном итоге, будут работать против нас. А следующий момент – это популяризация этого прошлого через те или иные проекты, массовые мероприятия, средства культуры.

- Проект «Многовековая Югра» должен стать инструментом для достижения этой цели?

- Да, это средство, это инструмент, а главная цель – это патриотическое воспитание, это любовь к своей Родине.

- Каковы ключевые моменты этого научного труда?

- Есть академическая проблематика и есть проблематика, нацеленная на популяризацию. Есть краткосрочная перспектива на 2018 год – 825-летие зарождение государственности Югры, и есть проблематика на перспективу. Это две основные оси координат.

- Фундамент академического труда заложен?

- Исторически сложилось так, что долгое время вообще не было исторического осознания нашего прошлого на научном уровне. Прорыв произошел после того, как Югра стала полноправным субъектом РФ. В конце 20 века вышли учебники школьные, хрестоматии, вышла 4-х томная энциклопедия Югории. На сегодняшний день эти издания морально устарели. В ряде случаев и физически, поскольку они были в бумажном варианте. Кроме того, эти издания курировали не наши ученые, а в основном, из Екатеринбурга. За это время произошло важное событие - была создана система высшего образования в Югре. Не филиалов, а полноценных университетов. Появились свои научные школы, в том числе, и по истории. Мы надеемся, что эта академическая история Югры будет написана преимущественно силами местных ученых, которые работают по местной тематике. Заделы очень большие у историков, у археологов, этнографов.

- Один из пунктов проекта «Многовековая Югра», а их более 60, называется «Поиск исторических наследий». Так понимаю, есть конкретные планы в этом направлении?

- Территория округа изучается археологами , но пока работы хватит еще ни на одно поколение. Сегодня наблюдаются значительные подвижки, археология развивается очень бурными темпами. Выяснилось, что, например, новгородцы бывали здесь достаточно давно, задолго до похода Ермака. Они оставили после себя материальные артефакты. Предполагается, что здесь были торговые фактории Великого Новгорода, Волжской Булгарии и, возможно, иных компаньонов нашей территории. Вот здесь проявляется проблема – раскопки этих городищ. К нашим раскопкам подключается и Русское географическое общество. Это воссоздание судов, на которых ходили наши предки, прохождение тех маршрутов, постановка памятных знаков.

- Академический труд подразумевает некую элитарность, в плане потребления. На какую аудиторию рассчитана будущая историческая монография?

- Есть свой язык у математики, есть свой язык формул у химии, физики. У истории нет профессионального языка. Мы говорим «человеческим» языком. Любой человек, даже без высшего образования в состоянии читать академические труды. Этот труд рассчитан на всех. Конечно, в первую очередь, это издание будет справочным для специалистов, но каких-то ограничений не будет.

- Элемент «раскрутки», популяризации обязателен?

- Общаясь с коллегами в Сургуте, в Нижневартовске, мы пришли к консолидированному мнению, что прежде чем издавать популярные учебники, нужно вначале создать академическую многотомную историю Югры. Мы не имеем здесь права отступать, по одной причине – многотомная история Ямала уже есть, а население там меньше и историческими событиями край беднее по сравнению с нами. Я ставил этот вопрос перед руководством Российского исторического общества и встретил понимание. Я надеюсь, что многотомная история нашего округа будет. Это не разовый акт, она не пишется « на коленке», это затратное мероприятие, но без этого мы никуда не денемся. А дальше на основании академических выкладок, можно заниматься их популяризацией.

- Есть ли срок действия проекта «Многовековая Югра»? Что находится за пределами юбилейной даты 825 лет?

- Археология развивается бурными темпами. Очень бурными темпами развивается подводная археология в мире. Самые интересные находки не под водой, - вода не консервирует. Самые интересные находки обнаруживаются в болотах. Те болота, которые стали торфяниками – это естественный консервант. Самый древний в мире идол, причем, деревянный, был найден в Свердловской области. У нас 600 тысяч озер, болот. Так что, работы археологам хватит еще на поколения. Самые интересные находки на территории нашего округа еще не обнаружены. Первая берестяная грамота в Новгороде была найдена чуть более 60 лет назад. Археология еще много что нам может объяснить. Великие открытия нас ждут впереди.

Персоны: 
Михаил Ершов

Комментарии